К.А. ПАВЛОВ
Мосальск
На гербе Мосальска,
утвержденном в 1777 г., — черный орел,
как на гербе Чернигова, «изъявляющий, что сей
град был владения князей Черниговских»
Среди окраинных холмов Спас-Деменской гряды, к югу от Протвинско-Угорской зандровой низины*, на берегах реки Можайки расположился по-домашнему уютный городок Мосальск (11,6 тыс. жителей*). Несмотря на то что город находится на краю ополья, окружающая местность оставляет о себе впечатление как об очень лесной. Мосальск — типичный малый город Нечерноземья, узел сельскохозяйственного района, сочетающий в себе функции административного центра и центра по обслуживанию сельскохозяйственного производства. Критическое положение, сложившееся в сельском хозяйстве Нечерноземной полосы, не замедлило отразиться на облике как города, так и близлежащих сельских населенных пунктов, на образе жизни населения.
* То есть чуть меньше, чем положено городу по официальному критерию (12 тыс.). — Прим. ред.
Ощущение запущенности и восстанавливающейся реликтовой первозданности охватывает путника, свернувшего с Варшавского шоссе на разбитую 20-километровую дорогу, ведущую к Мосальску. Безлюдье, тишина, зарастающие поля, нежилые дома вымирающих деревень, остовы разбитой сельхозтехники...
Здесь, в неполных двухстах пятидесяти километрах от Москвы начинается другая страна, со своими проблемами и чаяниями**.
** Внутренняя дифференциация Москвы и Подмосковья столь ощутима и значима, что здесь на пространстве менее чем в 100 тыс. км2 можно выделить множество различных, непохожих друг на друга стран и миров, живущих как бы в разных временах, экономических условиях, системах ценностей. Люди в калужской провинции ментально гораздо ближе к населению Архангельской, Новгородской или Ярославской областей, к русским жителям поселков Карелии или даже Алтая, чем к жителям Москвы и ее ближайших пригородов.
Ближе к Мосальску ландшафт начинает оживляться. На полях появляются небольшие по размеру, но многочисленные стада рыже-белых коров. Вдруг из-за леса показалась вышка ретранслятора. На въезде в город скромная, сваренная из труб стела с надписью:
МОСАЛЬСК — ПЕРВОЕ УПОМИНАНИЕ В ЛЕТОПИСИ 1231
Поначалу город разочаровал. Безликая застройка (одноэтажные, двухэтажные дома), грязные улицы, на окраинах ощущение запустения и деградации хозяйства. Люди типичного среднерусского вида, зачастую отмеченные губительной печатью алкоголизма. На улицах очень много детей и подростков, что в принципе противоречит современным демогеографическим представлениям о половозрастной структуре Нечерноземья. И этот факт придает городу некую живость и стирает первое впечатление выморочной застойности.
В предвечерние часы очень тихо, все воспринимается миниатюрным и домашним. Машин почти нет, основная транзитная дорога на Варшавское шоссе и Калугу проходит по окраине города, и в городе царит дух обособленности от суеты внешнего мира. На нескольких домах мелом написаны объявления: «Принимаю лисички 5 руб./кг» ***. Для многих грибная пора — период заработков, а грибов сейчас в окрестных лесах предостаточно. Люди не избегают общения, но и на разговор не навязываются. Человек с рюкзаком — диковина. Все смотрят будто ты о двух головах.
*** Речь идет о лете 1999 г. — Прим. ред.
Среди утренних впечатлений самое сильное — магазин с вывеской «Продукты». Магазин только что открылся, и продавщица занималась раскладкой товаров. Не было прилавка, только посреди помещения стояли два стола, один из которых был занят весами, вокруг громоздились вскрытые коробки с консервами, бананами, конфетами, стиральными порошками и мылом. Чуть поодаль стояло фортепиано, к которому прислонились кладбищенские венки, на заднем плане картину дополняли крышки от гробов и гранитный памятник. Выходя, на боковом фасаде магазина я увидел еще одну вывеску: «Изготовление памятников, гробы, венки».
Умытая ночным ливнем центральная площадь Мосальска была чиста, уютна и красива. Некогда в ее центре находился Никольский собор, являвшийся архитектурной доминантой города, от которого ныне сохранилась лишь обесшпиленная колокольня, исполняющая в настоящее время роль водонапорной башни; на месте же собственно собора теперь разбит тенистый сквер. На площадь выходят несколько недавно выкрашенных фасадов разностильных двухэтажных домов постройки XIX—начала XX в. Всюду радует глаз обилие цветов: бархатцы, львиный зев, бегонии, настурции.
Несмотря на начало рабочего дня, на улицах царила неспешная размеренность курортного городка. Даже здание районной администрации и подступы к нему выдержаны в «курортном» стиле: плиточные дорожки, стриженый кустарник, клумбы, стеклянные двери — все это непохоже на грубый утилитаризм административных комплексов в более крупных райцентрах.
Экономический упадок, снижение жизненного уровня, вымирание села определили прокоммунистическую ориентацию большинства мосальчан, разве что над администрацией не реет красное полотнище. Однако в целом Мосальск довольно аполитичен. Политические настроения по большей части выражаются в ностальгических воспоминаниях. Несмотря на идеализацию прошлого, мосальская администрация выглядит вполне современно — начиненная компьютерами, оргтехникой и тефалевскими чайниками. Здесь не было типичного облика провинциальных администраций, застывших в середине 80-х годов****.*
**** Разгадка высокой модернизированности мосальской администрации, кажется, отыщется дальше в тексте.
Во время своих странствий я все чаще и чаще прихожу к выводу, что лицо города во многом определяется общепитом. На бровке долины Можайки*****, под сенью величественных лип расположилось теремообразное здание — кафе «Сказка». О нем у меня остались самые приятные воспоминания, и с этой минуты что бы я ни увидел в городе, мне нравилось. Практически во всем и всюду (за исключением уродливых северных окраин) виделось сочетание эстетики и целесообразности.
***** В книгах начала XX в. эту речку именовали Мосалкой. Как и когда произошло перерождение топонима, предстоит выяснять. — Прим. ред.
Большинство мосальчан питают любовь к своему городу, гордятся прежде всего его древностью. В первом же разговоре в Мосальске я услышал фразу: «Город у нас древний. Старше нас только Козельск да Москва». Тем не менее многим жизнь здесь не нравится по экономическим и социальным причинам («зарплату не платят», «люди завистливые», «все пьяницы» и т. п.).
В городе усилиями местного краеведа Зайцева поддерживается работа музея, экспозиция которого, правда, не содержит ничего уникального, но составлена с большой любовью и аккуратностью.
***
Основу экономики Мосальского р-на на протяжении многих лет составляли производство и переработка сельскохозяйственной продукции. В Калужской обл. (как, впрочем, и большей части Нечерноземной зоны России) невысока эффективность отраслей растениеводства, и это обусловливает преимущественно животноводческую специализацию хозяйств — молочно-мясное скотоводство. Земледелие по большей части подчинено задаче кормопроизводства: кормовые культуры занимают более половины посевной площади хозяйств (51—58%). Преобладают посевы многолетних трав, служащие источником зеленых и сочных кормов.
Скупаемые у населения
лисички перепродаются в Калугу, где они попадают
к литовским посредникам,
вывозящим грибы в германские супермаркеты. На
каждой операции
по перепродаже у очередных посредников
образуется прибыль. Местным жителям достается по
5 руб. за кг
Фото и инф.: Огонек, № 29/98
На долю животноводства приходится около 75% товарной продукции сельского хозяйства. Причем 70—80% животноводческой продукции составляет молоко. Дополнительной товарной продукцией могут быть лен, фуражное зерно (сеют в основном овес, в меньшей степени — ячмень и озимую рожь), мясо, в меньшей степени картофель.
В настоящее время из 28 сельхозпредприятий, числящихся на территории района (не считая фермерских хозяйств), реально работают только 12. Происходит неуклонное сокращение посевных площадей, урожайности и валового сбора всех культур. Главная причина — отсутствие реальной помощи колхозам и совхозам, переформированным в АО, ТОО и КСП. Возникают трудности со сбытом продукции, закупкой удобрений, горюче-смазочных материалов, запчастей и техники*. Результат — рост площадей необрабатываемых сельскохозяйственных угодий, часть из которых совсем забрасывается, пашни переводятся в разряд пастбищ или остаются под паром. Уже два года как закрылись обслуживающие сельское хозяйство района предприятия «Сельхозтехника» и ПМК. Производство молока за первое полугодие 1998 г. составило к уровню того же периода 1997 г. 83%, мяса — 52%. Продолжает сокращаться поголовье скота всех видов.
* Из 150 комбайнов, имевшихся в районе в 1990 г., к 1995 г. на ходу осталось всего 36; более чем на 40% сократилось количество тракторов и сельскохозяйственных машин.
Производство сельскохозяйственной продукции постепенно перекочевывает в ЛПХ, наблюдается переход от индустриальных методов производства к ручному труду. Несбалансированность цен, льготный режим завоза импортной продукции, отсутствие отлаженных каналов сбыта привели к тому, что производство мяса, молока и шерсти стало нерентабельным. Все хозяйства района 1997 г. закончили с убытками. В результате развала экономики хозяйств от них в течение нескольких лет нет отчислений в районный бюджет. Нет денег на закупку минеральных удобрений, которых с каждым годом вносится все меньше. Практически во всех хозяйствах заработная плата деньгами не выплачивается, в связи с чем наблюдается отток трудоспособного населения. Закрытие в сельской местности предприятий социальной сферы, нехватка транспорта для доставки детей из отдаленных сел в школы, отсутствие в ряде сел дорог с твердым покрытием — все это признаки тихого умирания села.
У ледниковой периферии В орографическом отношении северо-западная часть Калужской обл. располагается в пределах Смоленско-Московской возвышенности. Московский ледник отступил отсюда сравнительно недавно. Поэтому холмы и гряды, возникшие в результате неравномерного отложения морены и водно-ледниковых толщ, еще хорошо сохранились. Сверху они обычно перекрыты слоем безвалунных суглинков. Относительная высота крупных холмов достигает 20—25 м. К западо-северо-западу от Мосальска они образуют целую цепь длиной около 50 км, называемую Спас-Деменской грядой. Помимо моренных холмов на северо-западе области встречаются холмы, сложенные слоистыми песками, галькой и гравием, так называемые камы. Многие камы ныне используются как карьеры по добыче песка и гравия. В понижениях между крупными холмами нередки болота, возникшие на месте послеледниковых озер. Самые крупные — Игнатовский мох, Шатино болото, Красниковский мох. Некоторые реликтовые озера сохранились до сих пор. Таково озеро Бездон, расположенное среди холмов Спас-Деменской гряды, близ границы Мосальского района со Смоленской областью. Оледенение сильно изменило древнюю речную сеть. Многие долины были засыпаны и прекратили свое существование, а после ухода ледника начали формироваться заново. Поэтому в северо-западной половине области большинство долин слабо разработаны, особенно в верховьях. |
Фермерское движение в районе не получило значительного развития. Первые фермерские хозяйства на территории Мосальского р-на появились в 1994—1995 гг. Большинство образовалось на базе обанкротившихся колхозов. Уходившие работники получали свои имущественный (денежный, размер которого определялся трудовым стажем) и земельный (7 га) паи, после чего ряд из них объединялись в кооперативы. Однако многие так и не приступили к работам или же распались в первый год своего существования. В связи с этим был введен штраф за удержание необрабатываемой земли с возможным последующим изъятием надела. Большинство фермерских хозяйств товарной продукции не производят. Исключение составляют 7 хозяйств, преимущественно животноводческой специализации. Одно из них — «Ресса» в деревне Горбачи организовано переселенцами из Брянской области, отселенными из зараженной зоны после Чернобыльской аварии. Начиная с 1996 г. число фермерских хозяйств расти перестало и пошло на убыль. Причины стандартны: неразвитость производственной и социальной инфраструктуры, сложность со сбытом продукции.
Предприятия по их месту в географическом разделении труда Промышленные предприятия сельскохозяйственных районов, подобных Мосальскому, можно разделить на три группы: 1. Предприятия по переработке местной сельскохозяйственной продукции. Это, как правило, большинство предприятий, и они традиционно определяют специализацию района. 2. Предприятия, занятые частичным обеспечением потребностей района в строительстве (в том числе и дорожном), производстве различных видов строительных материалов, товаров повседневного спроса: передвижная механизированная колонна (ПМК), райпромкомбинат, районная типография, небольшие ЗАО, ИЧП, ТОО и ООО. Они ориентируются исключительно на внутрирайонное потребление. 3. Предприятия, существование которых обусловливается неаграрным природно-ресурсным потенциалом территории: лесозаготовительные и добывающие. Их отличает высокая доля поставок товарной продукции за пределы района при незначительном внутреннем потреблении. В Мосальском районе эта группа представлена лишь торфопредприятием. |
Не лучшим образом обстоят дела и в промышленности. Мосальский р-н, будучи сугубо сельскохозяйственным, не имеет на своей территории крупных промышленных производств. Все имеющиеся предприятия закончили 1998 год с убытками**. Численность занятых за год уменьшилась на 14%. Практически все предприятия района останавливали свои производства и работали в режиме сокращенного рабочего времени.
В настоящее время не работают:
АО «Сельхозхимия» — более 3 лет;
АО «Сельхозтехника» — более 2 лет (после закрытия предприятия существовал проект создания на его базе машинно-тракторной станции — МТС, но маловероятно, что он будет реализован: остатки техники подчистую разворованы, причем самым варварским и бездумным способом: разбивали моторы и сдавали в пункт приема цветного лома медьсодержащие детали по цене 5руб./кг);
АООТ «Мосальский опытный завод» (филиал Московского ОКБ металлорежущих станков) — около 5 лет;
ПМК.
Используют вынужденные неоплачиваемые отпуска и неполную рабочую неделю:
АО «Мосальсклен» (производство льноволокна все последнее время было убыточным и поддерживалось дотациями из федерального бюджета; себестоимость 1 т волокна составляла 1702 руб., а приемная цена всего 1380. В 1998 г. АО «Мосальсклен» построило цех для изготовления растительного масла, с чем здесь связывают определенные надежды на возрождение предприятия);
АО «Мосальский строитель»;
Калуговское торфопредприятие;
Райпромкомбинат.
Калужский оффшор В 1991-м и в последующие годы в Мосальске по адресу: ул. Ленина, 42 были зарегистрированы АОЗТ «Международное финансовое объединение Менатеп» и целый ряд других так или иначе связанных с «Менатепом» предприятий (в частности, нефтяной монстр «Роспром», структуры нефтяной компании «Юкос»), не ведущих в Мосальске никакой реальной деятельности. В связи с этим топоним Мосальск ныне порядком «затрепан» во всякого рода скандальной экономико-криминальной хронике. То судья Мосальска, городка с десятитысячным населением, выносит решение об аресте миллиардных блокирующих пакетов акций «Самаранефтегаза», «Юганскнефтегаза» и «Томскнефти» (компании «прописаны» в Мосальске, и дело рассматривается по месту регистрации), то «Томскнефть», дабы избежать встречи с нежелательными акционерами, берет и в одни сутки переносит собрание акционеров из Москвы в Мосальск (куда не всякий быстро доберется, а видимость приличия соблюдена — собрание проходит по месту регистрации компании). По свидетельству корреспондента «Огонька» Б. Столярова, побывавшего в 1998 г. в Мосальске на Ленина, 42, это место (где официально прописана целая стая акул отечественного нефтяного бизнеса и фондового рынка) представляет собой разрушенный овощесушильный завод. В сущности Мосальск, хотя и живет в общероссийском законодательном поле, является как бы оффшорной зоной* — местом, где разного рода сомнительные компании регистрируются, но не ведут деятельности, и при этом так или иначе уходят от полного налогообложения. Предполагать последнее позволяют простые наблюдения в Мосальске: если бы все зарегистрированные здесь монстры платили в местный бюджет соответствующие их мощи налоги, Мосальск выглядел бы сегодня маленьким калужским раем. «Каким медом намазаны дороги, ведущие бесчисленные СП и АО в Мосальск? Почему взамен заводских растут здесь стены «бумажных» предприятий? Что получают жители в результате такого сотрудничества и кому оно выгодно?» — справедливо спрашивает корреспондент «Росбизнесконсалтинга» В. Андреев. Теневая «оффшорность» Мосальска — не только экономическая, он «вне материка» и в чисто географическом отношении. Это город, расположенный на линии угасания Центрального района, на его историко-культурных полях, на районном «шельфе»**.
|
Полная занятость, но со значительным сокращением производственного персонала сохраняется на АО «Молоко» — старом Мосальском молокозаводе с весьма изношенным оборудованием, отсутствием очистных сооружений, неудовлетворительным санитарно-гигиеническим состоянием. Основная продукция завода — фасованное молоко, колбасный сыр, сливочное масло (производство последнего быстро сокращается из-за нерентабельности).
В конце 80-х годов на юго-восточной окраине города (близ дороги на соседний райцентр Мещовск) началось строительство нового маслосырзавода. Проект финансировался сначала районом, затем областью, впоследствии было создано совместное российско-швейцарское предприятие, когда же швейцарцы отказались от продления контракта, в качестве инвестора выступило московское правительство, а в 1997 г. была заключена договоренность о финансировании строительства с банком «Менатеп». В итоге к июлю 1998 г. строительство и монтаж оборудования были практически завершены. Новый завод имеет определенные экономические перспективы, ведь после закрытия мещовского завода аналогичной специализации новый мосальский завод может стать основным пунктом переработки молока на территории окрестных районов.
Характеристика экономической жизни Мосальска будет неполной, если не упомянуть о еще одной весьма значимой особенности. В городе зарегистрировано около 30 филиалов различных фирм, не имеющих здесь физических представительств, причем в этом списке встречаются такие гиганты, как «Менатеп». Исправно поступающие в районный бюджет пусть и по невысокой ставке налоги с этих предприятий позволяют району изыскивать средства для строительства и ремонта дорог, мостов, плотин (страдающих от весенних паводков), проведения из Мещовска нитки газопровода (до сих пор в городе магистрального газа не было — топили дровами).
Со звучными именами богатейших компаний РФ резко диссонирует вид разбитой техники, заброшенных полей, грязных улиц, безработного, полунищего, апатичного, спивающегося населения.
***
Я гулял по городу в сопровождении появившегося у меня личного гида из числа местных ребят, переехавшего в Мосальск немногим более двух лет назад из Севастополя.
В городе сложилась парадоксальная ситуация: мигранты формируют основу территориальной общности. Большинство их, в сравнении с коренными жителями, отличаются высоким образованием и квалификацией. Как правило, будучи довольно коммуникабельными, они быстро вплетаются в местную территориальную общность, становясь ее полноправными членами и постепенно входя в тонкую прослойку «местной интеллигенции» (или даже самостоятельно формируя ее). Как ни странно, они становятся хранителями и ценителями местных традиций, зачастую оказываясь более сведущими в вопросах истории, архитектуры, прочих особенностей города и района, чем многие старожилы. Осевшие мигранты постепенно становятся своего рода визитной карточкой территориальной общности. Так, в Мосальске они работают в районной администрации, школе, больнице, музее, воспринимаясь как «пассионарная», живая и деятельная часть коренного населения. В них заложен потенциал для возрождения и оздоровления всей территориальной общности, а значит, и культурного ландшафта.
Глубоко врезанной долиной Можайки Мосальск четко разделяется на две части — северную и южную, или так называемый Кавказ*; помимо этого в качестве самостоятельного подрайона можно выделить северо-западные окраины города (отличающиеся по характеру застройки и, если не ошибаюсь, по количеству нетрезвых лиц).
* Кавказ — так называется вся правобережная часть города, свое имя она получила от улиц Нижний Кавказ и Верхний Кавказ, происхождение названия последних толком разъяснить никто не может. Среди других, обращающих на себя внимание названий местностей в Мосальске, — Репины сады ( на юго-восточной окраине города); Большак — дорога на Мещовск; Святой колодец — источник в долине реки Можайки, к востоку от дороги на Кавказ; Львы — ярко-рыжие суглинистые обрывы на левом борту долины Можайки; Загадочное место — сужение долины реки Можайки в трех километрах к востоку от города (название объясняется порождением странного эха).
Окидывая взглядом город с бровки левого берега речной долины, поражаешься его вписанности в природный ландшафт, созвучию архитектурных форм и окружающей местности, чистоте и разнообразию красок. Собственно города как единого организма практически не видно. Различимы лишь отдельные домики, маскирующиеся в листве садов и подступающих перелесков, небесная ширь да лесной окоем — эдакая застывшая сказочность. Устремленная ввысь серебристо-белая церковь Св. Троицы**, являясь основной пейзажной доминантой, как бы организует ландшафт, собирая его пейзажные элементы в общую картину легкости, рождающую ощущение полета над долиной, над вершинами деревьев.
** Построена в 1745 г., старейшее из сохранившихся в городе зданий. Ныне действующая, недавно отреставрирована. Это единственный в городе православный приход. Что касается других конфессий в городе, отмечены случаи появления баптистов, свидетелей Иеговы и пятидесятников. Экспансия последних носит наиболее выраженный характер.
Район Кавказ — в еще большей степени воплощение уюта. Маленькие, компактно стоящие домики зачастую сравнительно богато (для этих мест) декорированы резьбой. По улицам гордо вышагивают великолепные разнокрасочно-яркие петухи. На округлом крутосклонном холме древнего вятического городища возвышаются руины Пятницкой церкви***. По наклонным, посыпанным доломитовой крошкой дорожкам после дождя стекают мутные ручейки (прозрачная Можайка приобретает тогда цвет какао).
*** Построена в 1765 г. До недавнего времени использовалась под склад.
***
Город за время своего существования, веками находясь на порубежье, пережил множество войн, и до сих пор в общем облике ландшафта ощущается какая-то настороженность, напряженная готовность.
У старожилов в Мосальске в сознании до сих пор свежи и сильны образы войны как дня недавно минувшего. Война — это самое яркое впечатление в жизни, это молодость, это тяжелейшее испытание. И сейчас последние годы люди сравнивают с послевоенным временем, все же отмечая, что сейчас несколько легче.
На западной окраине Мосальска, выше городского пруда по течению реки Можайки, на бровке левого борта ее долины, посреди кладбища расположена еще одна сохранившаяся церковь — Борисоглебская, в интерьере которой видны элементы лепного декора. Рядом с кладбищем — городская больница, и это сочетание мне показалось не лишенным сарказма.
С.В. Рогачев
Дитя порубежья В летописи Мосальск* впервые упоминается под 1231 годом в связи с военным походом новгородского князя Ярослава Всеволодовича против черниговского князя Михаила Всеволодовича: «Ярослав выжег Серенск, ходил под Мосальск, но, не взяв оного, возвратился назад, однако хлеб и овощ потравил, волости и села опустошил». Мосальск показал себя отлично укрепленным поселением, способным выдерживать осады. В те времена Мосальские земли входили в порубежную часть Черниговского удельного княжества и назывались Лесной землей. Сам город расположился на крутосклонном мысу, вдающемся в долину реки Можайки (Мосалки), ныне именуемом Пятницкой горой. С востока и юга гора огибается рекой, с севера — глубокий овраг. Вокруг простирались густые леса, на западе и севере изобиловавшие топкими болотами, на юго-востоке, за Рессой начинались плодородные земли Мещовского ополья. Будучи расположенным в месте стыка двух физико-географических провинций, город имел доступ и к плодородным землям ополья, и к богатым дичью лесам. В дополнение к этому густые леса служили надежным естественным барьером, предотвращавшим беспрерывные вторжения степных кочевников, от которых на протяжении веков так страдала Южная Русь. Город находился неподалеку от реки Рессы, по которой проходил водный путь из Днепровского в Волго-Окский бассейн. Порубежность — отличительная черта положения Мосальских земель**. Сторожевая крепость на северо-восточной окраине Черниговских земель с течением времени стала форпостом Московского государства на границе с Литвой или Литвы на границе с Московией, и по нескольку раз переходила из рук в руки. Начало ХIV в. ознаменовалось усилением Великого княжества Литовского, которое посредством мудрой политики, удачных войн и родственных связей (через браки с русскими княжескими родами) стремительно расширялось на восток, одну за другой присоединяя раздробившиеся на мелкие уделы русские земли. Одновременно происходил распад княжества Черниговского, в результате которого к концу ХIV в. на его северо-восточной окраине выделился ряд удельных княжеств — Мосальское, Мещовское, Воротынское, Перемышльское и Карачево-Козельское, расположенных в бассейне Верхней Оки и поэтому получивших в последующей истории общее название Верховских. Вскоре все они усилиями литовских князей Ольгерда и Витовта (на исходе ХIV—в первые годы ХV в.) вошли в состав Великого княжества Литовского. Около 1382 г., по польским известиям, река Угра делается границей между Литвой и Московским государством. Согласно же известиям 1396 г., граница переместилась уже на линию Можайск—Боровск—Калуга—Алексин, где перечисленные города-крепости выполняли функции порубежных форпостов Русского государства. Только после освобождения от татаро-монгольского ига (1480 г.) Московское государство решительно взялось за возвращение захваченных Литвой земель. В 1490 г. к Москве со своими уделами присоединяются князья Воротынский и Перемышльский. В 1492—1493 гг. они же при поддержке князей Одоевских захватили города Мосальск, Серпейск и сдавшийся без боя Мещовск. В 1494 г. война закончилась подписанием мирного договора, по которому Козельск, Серенск, Воротынск, Перемышль, Мещовск, Белев и Одоев остались за Москвой, а Серпейск и Мосальск — за Литвой. В апреле 1500 г. князья Мосальские и бояре Серпейские после очередных попыток насильственного введения католичества отдались с вотчинами своими Ивану III, что документально было признано литовской стороной 25 марта 1503 г. во время заключения шестилетнего перемирия. В 1504 г. Иваном III был издан указ, запрещающий вновь присоединенным княжествам чеканить свои монеты, что лишило их экономической самостоятельности, прикрепив к Москве. Войдя в состав централизованного Московского государства, Мосальск еще на протяжении ста лет выполнял функцию порубежной крепости, обороняя юго-западные границы от набегов крымских татар и ногаев, которые неоднократно — в 1584, 1587, 1592, 1595 и 1597 гг. — опустошали окрестности Мосальска, Белева, Козельска, Перемышля, Мещовска и Воротынска. В 1606 г. князья Мосальские с войском, а также жители Серпейска в числе прочих присоединились к движущимся к Москве войскам Болотникова. Под 1660 г. Мосальск упоминается как военный гарнизон с 229 стрельцами, пушкарями и другими воинами, обнесенный еловыми подгнившими крепостными стенами с двумя глухими башнями. Сим известием история Мосальска как пограничного города-крепости заканчивается. Но не заканчивается военная история города. На территории Калужской губернии произошли решающие события Отечественной войны 1812 г. Здесь было положено начало разгрома наполеоновской армии. Военные действия не коснулись непосредственно верховских городов, но их жители принимали активное участие в партизанской борьбе и снабжении припасами русской армии. Так, партизанскими отрядами только в Мосальском уезде убито и утоплено 987 и взято в плен 450 французов. После окончания Отечественной войны Мещовск, Мосальск и Серпейск развиваются как местные торговые, ремесленные и административные центры. Основные транзитные пути — Варшавское и Киевское шоссе хоть и проходили по территории уездов, но миновали их центры, в результате чего промышленный и торговый потенциал городов, не успев получить должного развития, канул в Лету. Строительство же в 1896 г. Киевской железной дороги только усугубило невыгодность их экономико-географического положения. 3 октября 1941 г. немецко-фашистские войска оккупировали Мещовск, в ночь на 5 октября овладели Мосальском. Но уже в декабре 1941 г. в результате контрнаступления Красной Армии под Москвой армии Западного фронта приступили к освобождению Калужской земли. 3 января 1942 г. началась операция по освобождению Мещовска, удачно завершившаяся к полудню 7 января, еще сутки спустя части Красной Армии вошли в Мосальск. Немецкие войска отступили на северо-запад, укрепившись на берегах рек Пополты и Перекши, упорно удерживая западную половину района вплоть до марта 1943 г. В период оккупации и во время боев город, а также многочисленные села и деревни были сильно разрушены***, почти вдвое уменьшилось население, резко сократились посевные площади, было уничтожено имущество колхозов.
|
***
С наступлением вечера (часов с 8—9) город замирает, как бы настороженно вслушиваясь в тишину. Люди исчезают с улиц, да и вообще в сумерки и ночью предпочитают из дома не выходить — все чего-то боятся. Редкие прохожие передвигаются быстрым шагом, иногда оглядываясь...
Я покидаю Мосальск — город, лежащий в стороне от напряженных магистралей, железных дорог и туристических маршрутов. Город, в котором нет древних памятников, нет уникальных природных объектов, а пыльные улочки не потрясают красотой и разнообразием архитектуры. Да и само его имя — если не считать скандальной «оффшорной» славы — мало у кого на слуху. Но эта земля постепенно открывает мне свое очарование...
Кратчайшая дорога в Серпейск идет сквозь полупрозрачные березовые перелески, мимо пустующих или засеянных многолетними травами полей. По пути поначалу встретилось несколько грибников, но вскоре, километра через два, местность полностью обезлюдела. Трижды тропа пересекала поросшие березово-сосновым редколесьем миловидные долины ручьев. И вновь, выбираясь из долины, едва заметная дорожка ныряла в какую-нибудь маленькую березовую рощицу. В одной из них мне подвернулась земляничная полянка, с ягодами, размером не уступающим садовым, в другой — парочка симпатичных боровичков...
Миновав немногим более трети пути (около 6,5 км), я достиг деревни Проходы. Не часто можно увидеть селения, столь удивительным образом вписанные в окружающий природный ландшафт, порождающие в душе наблюдателя ощущение приволья и уюта, гармонии и лиричности.
Дальше тропа сменилась дорогой — уже четко угадывались две колеи, но кроме этих автомобильных следов, ничто не нарушало вдохновляющую дикость ландшафта, разве только обширная ржаная нива, приветствовавшая меня многоглазой синью васильков. За ручьем, после деревни Крюково началась бетонка, ее появление явилось признаком начала серпейского семантического поля...
Мосальск-Москва. 1999